|
Итак, память занимается воссозданием. Прошлое не может сохраняться в ней как таковое. Оно постоянно реорганизуется сменяющимися контекстными рамками движущегося вперед настоящего. Также и новое может выступать не иначе как в форме воссозданного прошлого. Традиции могут сменяться только традициями, прошлое только прошлым (1985 а, 385). Дело обстоит не так, что общество, приняв новые идеи, заменяло бы ими свое прошлое; оно принимает в этом случае прошлое иных групп, чем те, которые до сих пор играли определяющую роль. «В этом смысле нет общественной идеи, которая не была бы одновременно воспоминанием общества» (1985 а, 389). Поэтому коллективная память Действует в обоих направлениях: как назад, так и вперед. Память не только воссоздает прошлое, она также организует переживание настоящего и будущего, так что не имеет смысла противопоставлять «принципу памяти» «принцип надежды»: они взаимообусловлены и немыслимы один без Другого (D. Ritschl, 1967).
3. Память гегя« история
Хальбвакс полагает, что группа склонна представлять свое прошлое в форме, затушевывающей любое изменение. Это заставляет вспомнить об особенностях тех обществ, которые К. Леви-Стросс называл «холодными» В самом деле, затушевывание изменений играет у Хальбвакса столь центральную роль в коллективной памяти, что он противопоставляет ей в целом «историю» как антоним. «История», согласно Хальбвак- су, действует прямо противоположно коллективной памяти. Если последняя замечает лишь сходство и преемственность, то первая воспринимает исключительно различия и разрывы преемственности. В то время как коллективная память смотрит на группу «изнутри», стремясь представить ей такой образ ее собственного прошлого, чтобы она на любой стадии могла себя узнать, и в котором поэтому изменения затушеваны, история, напротив, вымарывает такие эпохи неизменности на своей картине как «пустые» промежутки и только то считает историческим фактом, в чем проявляется изменение как процесс или результат. В то же время групповая память, напротив, подчеркивает, как уже упоминалось, отличие собственной истории и свою обосновываемую этим уникальность на фоне всех прочих групповых памятей, а история нивелирует все подобные отличия и по-новому организует свои факты в совершенно гомогенном историческом пространстве, где нет ничего уникального, где все сравнимо со всем, всякая частная история может быть присоединена к другой и где, что самое главное, все в равной степени важно и значимо Ведь коллективных памятей много, но история одна — отказавшаяся от всякой связи с какой бы то ни было группой, субъективнос-
Реклама
масляные ингаляторы
|
